Explore
Click here to view CMI's position on climate change.
Also Available in:

Созданы адаптироваться?

Джуда Этинджер ()

iStockphotodna

Когда эволюционисты рассматривают примеры животных, адаптированных к своей среде, то они предполагают, что при наличии длительного времени и достаточного количества мелких изменений примитивные лягушки превратились в черепах, а рыбы – в философов.

Креационисты долгое время соглашались, что наследуемые адаптации возникали благодаря естественному отбору.1 Такой подход позволяет объяснить каким образом типы организмов, представленные в Ковчеге, впоследствии смогли быстро породить множество разновидностей и даже привели к образованию новых видов.2 

Сам по себе, естественный отбор может только рассортировать (или удалять) уже существующую информацию. Он не может породить новую информацию или изменчивость; он может только что-то выбрать из того, что уже существует. Гены существуют парами3, они перетасовываются во время размножения, многие из них существуют по крайней мере в двух формах и потому живые существа уже от рождения имеют большой потенциал вариабельности. Поэтому пара животных в Ковчеге, принадлежащих к «собачьему сотворенном роду» быстро породила разнообразие псовых, таких как койоты, динго, волки, и т.д., без необходимости добавления новых элементов в их ДНК.

Такая изменчивость –это генетический процесс направленный вниз, связанный с потерей генетической информации, как уже неоднократно показывалось в течении десятилетий.4 Он, вопреки общепринятому мнению, не представляет из себя «эволюции», т. е. процесса, направленного вверх, который, в своем развитии сопровождается образованием больших объемов новой информации.

Эволюционисты долгое время считали, что стандартным источником новой информации являются мутации – наследуемые изменения в ДНК, которые до недавнего времени, считались почти исключительно случайными, т.е. ошибками генетического копирования.

Креационисты согласны с тем, что мутации возникают часто. В действительности они накапливаются так быстро, что никакой отбор не способен предотвратить неизбежное вымирание всех немикробных популяций даже в течение тысяч лет, не говоря уж о миллионах лет.5

Креационисты также соглашаются, что даже случайное генетическое изменение иногда может принести определенное преимущество для выживания в определенной среде, что помогает объяснить как некоторые новые виды возникли после Великого Потопа. Здесь можно привести примеры мутаций, которые вызвали потерю меланина в волосяных фолликулах полярных медведей или появление бескрылых насекомых и птиц на островах, где дуют сильные ветра6 а также слепых рыб в пещерах.

Подобные мутации вместе с репродуктивной генетической изменчивостью и естественным отбором дают отличный рецепт для производства многих «видов» в течение всего лишь нескольких тысяч лет с той поры как различные «сотворенные роды» животных расселились с места причаливания Ковчега. Однако, такие очевидные потери информации подчеркивают общую проблему эволюции, которая состоит в том, что в целом, процессы генетических изменений идут отнюдь не в том направлении, которое требуется для превращения микробов в микробиологов.7

Не все мутации случайны

Могут ли мутации вообще добавлять информацию? На эту тему шли дебаты, что отражает сложность в определении понятия информации.8 Но, похоже, иногда мутации способны привнести новое генетическое содержание в ДНК группы организмов, которое под действием отбора может породить адаптацию. Однако, когда это происходит, будет ли это новое содержание всегда случайным? Или, может быть оно иногда является продуктом своего рода функциональной системы задуманной для реализации адаптации определенного уровня, что постепенно становиться очевидным?

Стандартная неодарвинистская теория эволюции долгое время утверждала, что все мутации случайны. Однако, в настоящее время появляется все больше свидетельств что это не всегда так, и что когда животные приспосабливаются к разным типам среды, то они (по крайней мере, иногда) делают это под контролем своего рода функциональной системы, задуманной для адаптирования.

Растущее число эволюционных биологов признает, что возникновение генетических изменений ведущих к адаптациям не является слепым процессом. Например, известно что быстрые мутации в специальных местах молекулы ДНК могут играть ключевую роль для адаптации организмов к окружающей среде.9

Также, как было отмечено в одной важной эволюционной книге, «до недавних пор (биологи) очень неохотно признавали, что… мутации могли формироваться там и тогда, когда они были нужны… Принималось без доказательств, что все мутации – это просто слепые ошибки.»10 Но теперь растущее число ученых признает, что когда мутации (наследуемые изменения ДНК) приводят к адаптациям, то «не все из них… оказываются случайными ошибками; но, напротив, некоторые мутации носят направленный характер.»11

И, действительно, выходит так, что когда животные адаптируются к своей среде, в этом процессе могут участвовать неслучайные механизмы управления.12,13,14

Адаптация предсказуема, а потому неслучайна

Все большее число исследований показывает, что способность к адаптации может быть предсказуемой.15 По-видимому, организмы иногда могут изменяться и адаптироваться в ответ на свою среду.12 Теперь известно, что среда в которой живет животное может изменять действие или активировать гены в специфических местах, что приводит к появлению свойств, которые позволяют животному адаптироваться и улучшить выживание в своей новой среде.13 Такие явления повторяемы и потому предсказуемы.

Согласно публикации в престижном научном журнале Природа (Nature), отдельные организмы могут активно «реагировать на свою среду меняя свою форму … производя признаки хорошо им подходящие».

Примеры включают «челюсти рыб из семейства цихлид, способные изменять форму вслед за изменениями источников пищи и насекомых-имитаторов листьев, которые имеют коричневый цвет если рождаются в сухой сезон, и зеленый, если рождаются во влажный».12

Все это указывает на то, что должна существовать система, спроектированная таким образом, чтобы регулировать или управлять, по крайней мере, некоторыми адаптациями. Некоторые креационисты давно это предсказывали.16 А теперь и все большее число эволюционистов признает, что нечто подобное должно было бы существовать. Некоторые эволюционисты даже предполагают существование «системы, генерирующей мутации, которая делает обоснованные предположения о том, что может оказаться полезным», и что такая способность «правдоподобна, предсказуема и подтверждена экспериментами».17 См. Вставку 1.

Ключи к разгадке из области иммунитета

Какую форму примет такая система пока не понятно, но наша иммунная система может дать ключ к разгадке. Иммунная система намеренно генерирует серию случайных мутаций, чтобы произвести различные варианты, из которых «выбирается» подходящее антитело, - вот почему эволюционисты иногда приводят иммунную систему в качестве хорошего примера «эволюции в действии» (См. Вставку 2, которая также демонстрирует функционирование системы, спроектированной для производства и управления мутациями для определенной цели, на удивление похожей на ситуацию, когда организмы проходят процесс адаптации, как описано выше.)

Пределы адаптации

Существование подобной адаптационной системы – слабое утешение для любой идеи эволюции от амебы к человеку, путем «руководства Богом», или какой иной. Точно так же как иммунная система строго ограничена в производстве вариантов антител (а не вариантов клеток, например, клеток головного мозга ), адаптационная система вероятно тоже будет строго ограничена в количестве возможных вариантов.

Подобно иммунной системе, она сможет делать только то, что запланирована делать: производить и контролировать специфические изменения в уже существующей генетической информации или в признаках организма.18

Поэтому она не будет способна, например, вырастить крылья у свиньи (потому что в свинье не заложена информация по изготовлению крыльев), независимо от того, сколько прошло времени. Что же касается наблюдений сегодняшнего дня, то мы действительно видим пределы адаптаций. Недавнее исследование, озаглавленное «Evolutionary rescue and the limits of adaptation» подводит итог:

«Ясно, что существуют жесткие пределы для уровня стресса, к которому может приспособиться данный организм… даже когда внешнему воздействию подвержены миллиарды особей… в течение тысяч поколений… Мы должны остерегаться предположения, что (эволюционная) сила безгранична.»19

Иммунолог, микробиолог, дарвинский скептик и сторонник концепции разумного замысла Доктор Дональд Эверт уместно отмечает:

«Если мы примем данные по иммунной системе как они есть, то вырисовывается один важный принцип: биологическое изменение производится в ограниченных рамках. Способность приспосабливаться … к изменениям среды, при которых поддерживается целостность системы, вероятно, является спланированным свойством организмов»20

Открытия подобного рода вызвали много споров в научном сообществе, поскольку слепые случайные мутации и неограниченная изменчивость находятся в центре философии неодарвинизма. Многие эволюционисты борются с последствиями обнаруженных результатов, а иные призывают к разработке новой (или, по крайней мере, «расширению» старой) теории эволюции для объяснения этих результатов.12

Однако, очевидным условием является то, что любая целенаправленная система адаптации должна была быть задумана разумом, чтобы производить разнообразие, необходимое для выживания и адаптации живых существ в этом падшем мире. Такая способность была бы весьма кстати после Всемирного Потопа, и она согласуется с концепцией библейского творения, а не c эволюцией.

Направленные мутации

Для процветания бактерий E. coli в их рационе должна присутствовать одна особая аминокислота. Однако, когда этот источник пищи отсутствует, у бактерии активируется (включается) специальный ген, который сам начинает производить эту аминокислоту, помогая ее выживанию. Если этот ген поврежден, бактерии не могут производить необходимую аминокислоту, без которой вся колония начинает голодать и погибает.

Но ученые обнаружили в лаборатории, что если этот ген поврежден или не включается после активации, то скорость мутаций в месте расположения гена начинает значительно возрастать. Эти мутации продолжают появляться до тех пор, пока не будет найдена требуемая генетическая вариация, которая позволяет Е. coli начать производить необходимую аминокислоту.1,2 Этот процесс напоминает работу иммунной системы (которая имеет целью специфический результат).

Сходные результаты были получены для пауков, змей, и улиток «которые используют яд для поимки жертв и для защиты от хищников». Увеличение скорости мутаций, специфически направленное на область генов яда, приводят к изменению ядовитого токсина. Оно позволяет этим животным адаптироваться к изменениям среды и «догонять изменения в популяциях хищников и жертв». 1,3,4

Ссылки и замечания

  1. Jablonka and Lamb, ссылка 9 (основная статья) стр. 96
  2. Ведущий ученый заметил следующее: «Последствия для эволюции таковы, что если в наличии имеется специфический стресс, (например, организму недостает конкретной аминокислоты), который запускает специфическую реакцию, то увеличение частоты мутаций произойдет там, где это будет иметь наибольшее значение. Это является образцом того, как организм приобретает способность необходимую для выживания в новой среде.», missoulanews.bigskypress.com, accessed 2016.
  3. Zhang, Y-Y., et al., Structural and Functional Diversity of Peptide Toxins from Tarantula Haplopelma hainanum (Ornithoctonus hainana) Venom Related by Transcriptomic , Peptidomic and Patch-clamp Approaches, J. Biological Chemistry 290 (22):14192–14207, 2015.
  4. См. Lighnter, J., Gene duplication, protein evolution, and the origin of shrew venom, J. Creation 24 (2):3–5, August 2010.

Иммунная система – случайность в пределах плана и цели

Иммунная система (ИС) нашего тела предназначена для распознавания и уничтожения вторгающихся микробов, которые вызывают заболевания. Каждый тип микробов имеет уникальную форму тела. ИС должна произвести специфическое антитело, соответствующее форме вторгающегося микроба, как ключ соответствует замку, чтобы начать процесс истребления агрессора.

Когда ИС сталкивается с определенным типом микробов в первый раз, то способ выработки необходимого антитела состоит в том, чтобы быстро произвести последовательность антител различных «случайных» форм, пока не будет найдена правильная форма, способная присоединиться к микробу. После этого, происходит многократное копирование этого успешного антитела.

Для выполнения задачи, ИС имеет в своем распоряжении целую «фабрику», управляемую и защищаемую в специально отведенном месте на молекуле ДНК, чтобы не создавать помех выполнению других функций. Эта фабрика быстро производит серию различных вариантов ДНК, каждая из которых строит антитело специфической формы. Процесс продолжается до тех пор, пока не будет найдено требуемое антитело.

Механизмы, посредством которых возникают разные варианты антител,- те же самые, что используются животными для производства изменчивости, которая позволяет им приспосабливаться к окружающей среде. К ним относятся: конверсия, перестановка (рекомбинация) и мутирование генов.1 Отбор «успешного» варианта антитела – это очевидная аналогия естественного отбора, при котором наиболее «успешный» организм получает возможность произвести наибольшее число копий своих генов. Поэтому, не удивительно, что эволюционисты часто приводят ИС как пример «эволюции в действии».

Однако, они упускают из вида главное отличие. ИС производит случайные мутации намеренно. Мутации, которые всегда находятся в рамках установленных параметров и пределов, являющихся частью специфической реакции на данный побудительный фактор. Самое важное состоит в том, что эти мутации находятся под управлением внутри фабрики, имеющей четко очерченные роль и цель – признаки системы, которая была спроектирована.

Кроме того, наряду с множеством потенциально предлагаемых вариантов, пригодных для выполнения одной задачи (соответствовать одному данному микробу), число вариантов для выбора ограничено, т.е. сам поиск прост. С другой стороны, в случае эволюции организмов, многие гены довольно специфичны, что подразумевает ограниченное число возможностей среди огромного числа вариантов, т.е. здесь поиск становится очень трудной, почти невыполнимой задачей.

И как показывает основной текст, все большее число исследователей склоняется к тому, что в некоторых случаях биологической адаптации должна существовать целенаправленная система, генерирующая изменчивость «по мере надобности», подобная иммуной системе.

Поэтому наша иммунная система отображает скорее не эволюцию, а возможный образ действия спроектированной адаптационной системы.

  1. Coico, R., Sunshine, G., Immunology: A Short Course, 7th Edn., Wiley-Blackwell, April 2015.

Ссылки и замечания

  1. Wieland, C., Muddy waters, Creation 23(3):26–29, June 2001; creation.com/muddy. Вернуться к тексту.
  2. См. Catchpoole, D., and Wieland, C., Быстрое появление новых видов (Speedy species surprise), creation.com, October 2012; creation.com/быстрое. Вернуться к тексту.
  3. У организмов-эукариотов (с клетками, имеющими ядро и хромосомы), которые включают всех сложных, многоклеточных организмов. Вернуться к тексту.
  4. См. Ссылку 2. «Дочерние» популяции будут иметь меньше информации (вариабельности) чем предковый тип. Подобным же образом, когда популяции собак дикого типа (дворняжки) прошли искуственный отбор человеком (аналогично естественному отбору), получившиеся «чистые» породы имеют меньшую вариабельность, чем их дикие предки и потому обладают меньшей способностью адаптироваться. Именно поэтому популяция породы Чихуахуа никогда не может быть использована для выведения Немецкого Дога и наоборот. Кроме того, у них наблюдается высокая скорость появления генетических дефектов, потому что каждая особь данной породы часто несет в себе две идентичные копии мутаций, которые имела исходная популяция. А потому, они определенно менее приспособлены, чем их предки! Вернуться к тексту.
  5. Sanford, J., Genetic entropy (4th Edn), FMS Publications, 2014 (можно найти на сайте creation.com/store). Сэнфорд- бывший профессор Корнельского университета, основоположник генетической инженерии. См. также Carter, R. Генетическая энтропия и простые организмы (Genetic entropy and simple organisms), 25 October 2012; creation.com/гэ-простые. Вернуться к тексту.
  6. Wieland, C., Beetle bloopers, Creation 19(3):30, December 1997; creation.com/beetle. Вернуться к тексту.
  7. Wieland, C., Поезд эволюции приближается (Извините, идет в неправильном направлении) [The evolution train’s a-comin’ (Sorry, a-goin’-in the wrong direction)], Creation 24(2):16–19, March 2002; creation.com/train-russian. Вернуться к тексту.
  8. Carter, R. Могут ли мутации создавать новую информацию? (Can mutations create new information?) Journal of Creation 25(2):92–98, August 2011; creation.com/новую-информацию. Вернуться к тексту.
  9. Jablonka, E., Lamb, M., Evolution in four dimensions, revised edition, MIT Press, p. 94, March 2014. Это известно как гипермутации в горячих точках ДНК. Вернуться к тексту.
  10. Jablonka and Lamb, ref. 9, p. 87. Вернуться к тексту.
  11. Jablonka and Lamb, ref. 9, p. 87. Вернуться к тексту.
  12. Laland, K., et al., Does evolutionary theory need a rethink? Nature 514(7521):161–164, October 2014. Вернуться к тексту.
  13. Jablonka and Lamb, ref. 9, pp. 87–102. Вернуться к тексту.
  14. Laland, K. et al., The extended evolutionary synthesis: its structure, assumptions and predictions. Proceedings of the Royal Society B 282:20151019 | doi: 10.1098/rspb.2015.1019. Вернуться к тексту.
  15. Stern, D., The genetic cause of convergent evolution, Nature Reviews Genetics 14:751–764 | doi:10,1038/nrg3483, nature.com, published online October 2013. Вернуться к тексту.
  16. См. Batten, D., The adaptation of bacteria to feeding on nylon waste, J. Creation 17(3):3–5, December 2003; creation.com/nylon. Вернуться к тексту.
  17. Ref. 9, p. 101. В дополнение, многие «Эво-дэво» биологи ссылаются на, так называемое, «предпочтение траектории развития» («developmental bias»), как часть адаптации. Вернуться к тексту.
  18. Это определение является расплывчатым, потому что остается неясным, что влечет за собой эта система. Вернуться к тексту.
  19. Bell, G., Evolutionary rescue and the limits of adaptation, Phil. Trans. R. Soc. 368(1610):85 | doi: 10.1098/rstb2012.0080. Исследование отмечает, что это справедливо как для быстрых, так и для медленных изменений среды, даже «когда ухудшение среды происходит медленно, на протяжении многих поколений». Вернуться к тексту.
  20. Ewert, D., Adaptive immunity: Darwinism in miniature or high-tech tinkering with stasis? Evolutionnews.org, November 2010. Вернуться к тексту.